piligrim04 (piligrim04) wrote,
piligrim04
piligrim04

Что же сказал Тимченко?

Публицист Виктор Милитарев — о том, чего либеральная общественность не заметила в интервью Геннадия Тимченко

Интервью Геннадия Тимченко, которое уже какие сутки истерически обсуждает либеральная общественность, является прежде всего ответом на решение Гаагского суда по делу ЮКОСа. В этом интервью сказаны очень важные слова, совершенно не замеченные либеральной общественностью, увлекшейся выяснением степеней родства между лабрадоршами Геннадия Тимченко и Владимира Путина.

Впрочем, невнимательность либеральной прессы абсолютно естественна. Наши журналисты имеют ментальность репортеров светской или криминальной хроники, часто отягощенную графоманскими притязаниями на роль «большого писателя». При такой психофизиологической конституции места для аналитического мышления просто не остается.

Что же сказал Тимченко?

[Spoiler (click to open)]

Во-первых, он публично подтвердил, что сделка по продаже крупнейшей нефтетрейдинговой компании «Ганвор» готовилась им заранее. Таким образом, становится окончательно понятно, что решение о деофшоризации российской экономики было принято вовсе не «после Крыма», а гораздо раньше – «после Кипра». Когда стало ясно, что западный истеблишмент собирается справляться с собственными трудностями за наш счет.

Во-вторых, Тимченко практически сформулировал то, что можно было бы назвать «наш ответ на санкции». Он заявил о будущем банке БРИКС и о переходе на юань в международных расчетах. И в устах Геннадия Тимченко это звучит, скажем так, более весомо, чем в устах Сергея Глазьева.

Наконец, в-третьих, Тимченко заявил о том, что готов передать свои основные активы в руки российского государства.

Таким образом, нам дали понять, что Россия готова к созданию альтернативных «вашингтонскому консенсусу» международных финансовых институтов, и что контроль государства за топливно-энергетическим сектором будет еще больше укрепляться.

Впрочем, и та часть интервью Тимченко, которая формально относится к компетенции светских хроникеров осталась абсолютно непонятой нашими либеральными гигантами мысли. До них не дошло, что в «светской» части интервью Тимченко продемонстрировал, так сказать, «новый дресс-код», которого должен теперь придерживаться крупный и тем более сверхкрупный российский предприниматель при публичных выступлениях.

Я имею в виду две темы. Как надо реагировать на санкции и как надо освещать социальный вопрос. Тимченко рассказывает о дискомфорте, который принесли ему и его семье американские санкции, и при этом делает два утверждения.

Во-первых, этот дискомфорт не столь уж сильный, а во-вторых, ради Родины можно и больше потерпеть. То есть нашей бизнес-элите предлагается воспринять традиционные интонации английской аристократии с ее «уменьшительной»  сдержанностью в реакциях и патриотизмом.

Социальная же тема в интервью Тимченко выражена в подробном рассказе о благотворительной деятельности, которой занимается и он сам, и его семья.

При всей моей холодности к российской финансово-торговой элите не могу не отметить, что такой «дресс-код» мне нравится гораздо больше, чем всем известные запальчивые самооправдания Авена или Коха.

Ну, а риторика «благородной сдержанности» смотрится очень выигрышно на фоне недавней публичной истерики либерального Николая Ускова, которому, казалось бы, западные санкции наносят гораздо меньший ущерб, чем Геннадию Тимченко.

В любом случае в ситуации, когда за границу у нас выезжают в течение года не более 2 миллионов человек, риторика Геннадия Тимченко сильно больше способствует социальному миру, чем риторика Авена, Коха и Ускова, вызывающая у большинства населения острое желание «немедленно раскулачить эту сволочь».

При том, что мы понимаем, что линия на дедолларизацию и деофшоризацию нашей экономики задумана и начала реализовываться уже несколько лет, но невозможно не заметить, что американские санкции чрезвычайно положительно воздействуют как на стратегию экономической политики в России, так и на риторику публичных выступлений представителей крупного бизнеса.

Так что еще парочка-другая санкций, и я надеюсь услышать от представителей близкого к власти бизнеса, если не утверждение о том, что залоговые аукционы являлись притворной сделкой, то хотя бы тезис о том, что при помощи залоговых аукционов государственные активы были скуплены за бесценок, и, следовательно, справедливость требует обложить бенефициаров этих аукционов чрезвычайно высоким компенсационным налогом.

Единственный вопрос, на который я не получил ответ в интервью Геннадия Тимченко, это вопрос об электронных платежных системах. Тимченко говорит, что после того, как «Виза» и «Мастер-кард» заблокировали его счета и счета его банка, он стал пользоваться электронной карточкой китайской системы «Юнион».

Так вот, из интервью совершенно непонятно, где и как можно приобрести такую карточку. Особенно в ситуации санкций против Сбербанка. Хотя говорят, что скоро начнется выпуск уже чисто российских карточек Сбербанка, хотелось бы уже сегодня услышать развернутое описание процедуры перехода на новую платежную систему и компетентные экспертные оценки такого описания. Можно считать, что я таким образом формулирую социальный заказ на интервью крупнейших российских предпринимателей.



http://izvestia.ru/news/574880#ixzz39X0i1izg
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments